Главная / Новости о спорте / Виктория Гамеева: любовь к красно-белым началась со школы

Виктория Гамеева: любовь к красно-белым началась со школы

Виктория Гамеева: любовь к красно-белым началась со школы

Врач-кардиолог лужниковской клиники, где проходит медобследование большинство футболистов чемпионата России, Виктория Гамеева в интервью корреспонденту «Р-Спорт» Артему Калинину рассказала о том, как она, мечтая стать дизайнером, оказалась в медицинском институте, раскрыла секрет, кто самый выносливый футболист московского «Спартака», и назвала критерии, которым должен соответствовать мужчина ее мечты.

Каррера сможет за всю команду выступить

— Насколько ваша популярность мешает работе?

— Ребята во время медобследования ведут себя достаточно сдержано. То есть никаких трудностей спортсмены не создают. Бывает, что потом находят в соцсетях, иногда пишут… Мир спорта, футбола достаточно тесный и медийный, поэтому любую информацию могут трактовать по-разному. Хотя бы мое последнее фото с Куинси Промесом в интернете, где я написала, что у него были хорошие результаты обследования… Сразу пошел такой ажиотаж: вот, они кофе пьют с доктором, общаются. Пара комментариев была даже типа «Промес, зови Вику замуж». Хотя у Куинси есть семья, дети, он счастлив. От этого могут появляться различные слухи. Я уважаю каждого спортсмена, их личную жизнь, и поэтому хотелось бы разрушить стереотип, который сложился в СМИ.

— Это ваша реакция на публикации СМИ? Вообще следите за тем, что о вас пишут?

— Раньше постоянно просматривала все публикации, комментарии к ним. Расстраивалась, когда писали неправду или негатив. Сейчас понимаю, что люди пишут в меру своей испорченности, пишут то, что хотят видеть они, а не то, что есть на самом деле. Не всегда теперь даже открываю те ссылки, которые присылают. После того, как фото с Промесом разошлось в интернете, в соцсетях у меня появилось несколько тысяч заявок в друзья.

— Кто из спартаковцев наиболее прост в общении, с кем легче всего найти общий язык?

— Понимаете, в клинике времени на общение практически нет. Из тех, кто приходит к нам, очень уважителен со всеми Артем Ребров. Он всегда благодарит сотрудников, со всеми здоровается, узнает, как у всех дела. Ну и Промес сам по себе очень позитивный человек, всегда прикалывается, шутит. У нас в клинике, мне кажется, весь медперсонал за ним начинает пританцовывать и веселиться. В общем, с Куинси к нам приходит праздник.

— Жизнь футболистов — это еще и трансферы. Не было обидно, когда с кем-то близко сдружились, а потом игрока продали?

— Вот прямо близко никогда ни с кем не общалась. Более того, я даже не всегда запоминаю игроков. Приходят они на обследование и уходят, чтобы потом через полгода снова прийти. Из спартаковцев было жалко, когда ушел Сергей Паршивлюк, но он ушел в «Анжи», а «Анжи» тоже проходит медосмотр у нас. Так что особенно не расстроилась.

— Профессиональный вопрос: как оцените зимнюю трансферную кампанию «Спартака» с медицинской точки зрения?

— Мне нравится. Признаюсь — все нравятся. Мы всех игроков кроме Луиса Адриано видели на медобследовании, у всех результаты тестирования высокие. Тренерам есть с чем работать: все шансы на чемпионство у нас есть.

— Говорят, Самедов в свои 32 года играет и чувствует себя как в 25.

— Он приходил к нам, еще играя за «Локомотив». Вся информация по нему есть. Александр действительно в хорошей форме, и результаты у него одни из самых высоких.

— А у кого самые высокие?

— Расскажу сначала, в чем суть тестирования. Есть беговая дорожка, у которой постепенно увеличивается скорость и угол наклона. Сам тест проходит с использованием маски, создающей определенный вакуум — дышать в нем спортсменам тяжело. Они начинают бежать на скорости в 5 км/ч. Добегают и до 25 км/ч — 27 км/ч. Лучший тот, кто добежал до более высокой скорости. В определенный момент начинается закисление — организм переходит в анаэробный режим работы. Это когда им не хватает воздуха, и ребята бегут на выносливость. Это мы и исследуем: при какой скорости начинается анаэробный режим, и как долго они смогут в нем бежать. В первый день медобследования «Спартака» лучшим показал себя капитан Денис Глушаков. А во второй день пришел Промес. Мы с ним достаточно тепло общаемся — он из тех, у кого нет никакой звездности, кто легко общается с каждым. Мы стали прикалываться, я спросила, сможет ли он побить рекорд Глушакова. Он ответил, что без проблем — в награду я пообещала научить его русскому языку. Бежал он, бежал, и легко поставил новый рекорд.

— Молодец Промес. Не сомневался в нем.

— Но на этом веселье не закончилось. Потом на дорожку пришел Артем Тимофеев. Стали с ним тоже шутить, и я говорю: «Артем, давай, побей и капитана, и Куинси. Дай жару старичкам!» И в итоге он на 10 секунд побил результат Промеса. Новый рекордсмен. Сзади, мне кажется, стояло полклиники. Аплодировали, поддерживали его.

— Так дело в вас — вы настраиваете игроков на новые рекорды.

— Настрой, конечно, имеет значение. Не зря в некоторых клубах есть психологи, работающие со спортсменами.

— Массимо Каррера у вас медосмотр не проходил?

— Он как-то заезжал в клинику, но на медосмотр не пришел.

— Он совершает впечатляющие забеги на бровке. Как вам кажется, стоит ему пройти обследование?

— Да каждому человеку надо проходить медосмотр. Особенно, когда возраст уже за 30, за 40 лет — плановый медосмотр нужен. Ну а по поводу Карреры – в инстаграме смотрела видео, где он так ловко забрал мяч у игроков. Так что Массимо в отличной форме. Он за всю команду один там вполне сможет выступить.

В соцсетях называют «мясная докторша»

— Насколько свободной чувствуете себя, постоянно находясь в окружении спортсменов с высоким достатком?

— У нас бывают совершенно разные команды. Конечно, есть и топ-клубы — «Спартак», «Локомотив», ЦСКА. Но приходят и игроки куда менее состоятельных команд: «Енисея», «Мордовии» и других.

— Есть ли разница в поведении игроков этих клубов?

— Чувствуется. Футболисты из ФНЛ, из второго дивизиона более открытые, ведут себя более уважительно, постоянно говорят «спасибо». Игроки из премьер-лиги общаются более сухо.

— Случаются ли попытки познакомиться поближе?

— Бывает. Порой даже из одной команды ребята пишут. Но я не приветствую общение вне клиники, тем более, какое-то более близкое нежели «врач — пациент». Когда спортсмены пишут, я стараюсь дать им понять, что вариантов для дальнейшего общения нет. Поэтому они не назойливы. Бывало пару раз, но не более. Так что, когда они приходят на обследование в следующий раз, каких-то симпатий уже не возникает, все переходит на «рабочий» уровень.

— Расскажите, как влияет на спортивные результаты секс — по этому поводу мнения различны.

— С медицинской точки зрения секс перед игрой стимулирует увеличение работоспособности только у женщин. Вырабатываются в большом количестве женские половые гормоны. В единоборствах бывает, что женщины выходят на бой через пять-десять минут после интимной связи, и их результаты повышаются. У мужчин же все наоборот. Им необходимо воздержание от секса за 2-3 дня до серьезной работы — матча, к примеру. Потому что увеличенное количество тестостерона мужчин вводит в удовлетворенно-пассивное состояние.

— Вы футболистам об этом рассказываете?

— Да тут дело не в самих игроках даже, а в их женах. Да и что миллионерам такие вещи говорить — они и слушать не станут.

— Для большинства читателей вы, прежде всего, врач, работающий со «Спартаком». Болельщики других клубов оказывают внимание?

— Конечно, от спартаковских его больше. Начнем с того, что у «Спартака» в принципе болельщиков больше всех. Я часто выкладываю в своих соцсетях фото со спартаковцами, что добавляет популярности именно среди «красно-белых». Многие в соцсетях меня называют не иначе как «мясная докторша».

— На секторе «Спартака» бываете?

— Не на фанатском. На фанатском была только на матче хоккейного «Спартака». На футболе же в основном стараюсь ходить в центр. Дело в том, что обычно хожу не одна — с подругами, с друзьями. А они не настолько фанаты, чтобы идти на «фанатку».

— А любовь к «красно-белым» началась давно?

— Это началось со школы. Но тогда это было в такой легкой форме. У меня папа за «Спартак» болеет, но на выезды не ездит, на матчи тоже особенно не ходит — он больше болельщик-домосед. Вот в кругу семьи смотрела футбол, но до фанатизма дело не дошло. В школьные годы занималась киокушинкай — я мастер спорта по карате. Так что особенно времени не было ездить на выезды со «Спартаком». Ездила на соревнования — боксерские, каратистские. А когда оставила спорт, начав работать в клинике, то к нам стали приходить команды, в том числе «Спартак». Тогда любовь к «красно-белым» стала расти, и я начала ходить на стадион… Ой, вспомнила. У меня же есть один выезд за «Спартак» — ездила в Казань несколько лет назад!

— Какой последний матч «Спартака» посетили?

— В последний раз была на дерби, которое мы выиграли 3:1! Ну это просто был матч-фурор! Сколько раз подряд они проигрывали ЦСКА…

— Руководители РФПЛ все время говорят, что на футбол должны ходить женщины и дети, но они против пиротехники.

— Вы знаете, бывает, перформансы с использованием пиротехники получаются весьма красивыми! Мне кажется, это создает неповторимый ажиотаж, особенно в противостоянии таких принципиальных соперников. Не зря матчи «Спартака» и ЦСКА называют дерби — это многолетнее противостояние команд. А вот когда кричат нецензурные кричалки, это, конечно, не очень хорошо, потому что рядом дети, семьи.

Получила перелом и решила стать доктором

— Вернемся к карате. Как долго занимались, какой пояс имеете?

— Пояс коричневый с золотой полоской. Занималась достаточно долго — с 10 лет и где-то лет до 20, получила звание мастера спорта. Сейчас уже не тренируюсь профессионально. Занимаясь врачебной деятельностью, периодически хожу на тренировки по гимнастике, акробатике. Но это все для поддержания своей физической формы — на соревнованиях не выступаю.

— Как врач-кардиолог, наверное, упражнения для сердечно-сосудистой системы тоже выполняете?

— И это тоже. Я сейчас стала заниматься бегом. В клинике часто проходят обследование легкоатлеты. Соответственно, есть возможность проводить тестирования с газоанализом, чтобы понять, как лучше тренироваться, лучше бегать, прежде всего, для здоровья. И сама бегаю с пульсометром, тренируюсь. В сентябре бежала московский марафон.

— На марафоны сейчас мода. Зачем это вам?

— Это было просто для себя. Я оставила киокушинкай, потому что понимала, что доктору приходить на работу с подбитым глазом или сломанной челюстью не очень хорошо. Для себя я выбираю то, что мне нравится физически. Нравится гимнастика, потому что расслабляется тело и душа. Сажусь на шпагат, делаю различные мостики и отдыхаю. То же самое с бегом: могу поставить музыку и бежать, бежать, думая о чем-то. В легком темпе для здоровья под веселую музыку — это нетрудно, интересно.

— С собакой можно бегать.

— С собакой. Или в тренажерном зале, когда передо мной стоит грязная красная стена, и я бегу 1,5 часа, думая, когда же на ней появится хоть какое-то новое пятнышко.

— С врачом сборной России по футболу Эдуардом Безугловым знакомы? Он тоже заядлый бегун.

— Знакомы, общаемся. Он несколько раз приезжал к нам в клинику. Эдуард Николаевич в отличной форме, но прежде всего, он мне очень нравится как врач.

— Был период, когда в футболе случилось сразу несколько трагических случаев, связанных с заболеваниями сердца. А после трагедии с Алексеем Черепановым писали, что не каждый прибор может определить патологию.

— Недавно я читала доклад по сердечно-сосудистой патологии, в том числе скрытой. И действительно, большая часть смертей спортсменов — более 70% — связаны с этим. И в 90 процентах случаев она скрытая — то есть, спортсмен ее не ощущает, но на ЭКГ, на эхокардиографии она все же видна. Вопрос в том, как оснащена клиника, где проводится медобследования. У нас есть все, чтобы обнаружить патологию, в том числе и скрытую. Но когда приезжают мальчики из глубинки, выясняется, что за всю свою карьеру они никогда ничего не проходили. То есть в провинциальных клубах, не топ-клубах, это целая проблема.

— Как врач-кардиолог вы наверняка имели дело со смертельными случаями. Как переживаете их?

— Ситуации бывают разные. К примеру, если видишь, как молодого человека сбивает автомобиль, это безумный стресс, потому что представляешь, какая долгая и счастливая жизнь могла бы у него быть. Особенно если ты лично был с ним знаком. Я же работала в отделении неотложной кардиологии, там пациентами были лица за 60-70 лет. И они не поступали просто так: у каждого была определенная история, кардиальный анамнез. Понимаешь, что у пациента хронические заболевания, что все мы когда-то умираем, что это может случиться сейчас или через 2-3 года. Воспринимается не так остро, когда ты видишь человека в первый раз, но если ведешь пациента, успеваешь с ним познакомиться, смертельные случаи воспринимаются больнее. Но нужно стараться относиться к этому более черство — все смерти где-то откладываются.

— С какими еще видами спорта помимо футбола можно вас ассоциировать?

— Наш главврач является также главным врачом WBC, и как врач он должен присутствовать на всех боксерских соревнованиях. Я же, когда получается, иду как второй врач в качестве дежурства. Также дежурим на ушу, кикбоксинге, тайском боксе, гимнастике. У нас в клинике есть своя скорая помощь, с которой также иногда выезжаю. Но стараюсь ехать туда, где мне интересно. Безумно люблю кикбоксинг и тайский бокс.

— Что нравится больше: как мужики гоняют мяч или как молотят друг друга?

— Честно признаюсь, как мужики друг друга молотят. Потому что я сама мастер спорта в единоборствах, но и футбол, конечно, тоже люблю.

— Знаю, что вы получаете второе высшее образование. Дипломы в России часто лежат под холодильником, чтобы не шатался…

— Первое высшее образование — медицинское. Окончила школу с серебряной медалью и пятерками в аттестате, потом с отличием окончила институт. Далее поступила в ординатуру, которую тоже окончила с отличием, после чего пришла как кардиолог работать в клинику в отделение нарушений ритма сердца. Там часто работала с кардиостимуляторами. И второе высшее начала получать по биомедтехнике. Сейчас это не имеет принципиального значения, потому что работаю, в основном, со спортсменами, и пациентов с кардиостимуляторами встречаю редко. Так что пока второй диплом о высшем образовании, наверное, временно ляжет под холодильник. Но жизнь не стоит на месте, карьера развивается. Сейчас, считаю, у меня очень хорошие перспективы развития. А дальше — будем смотреть.

— Дети раньше мечтали стать учителями, врачами, космонавтами. Вы сразу собирались стать доктором?

— С детства я хотела стать дизайнером верхней одежды. С первого класса ходила в художественную школу, по ТВ всегда смотрела с восхищением показы мод. Думала, что тоже буду создавать моду. Мне очень нравилось. Возвращалась с соревнований с побитыми руками-ногами, но садилась и рисовала эскизы… А потом в 11-м классе за полгода до окончания школы оказалась в больнице с переломом. И там был доктор, безумно трепетно относившийся ко всем пациентам. Он мог встать в 2 часа ночи, подходил ко всем с участием, а не с недовольным лицом. Он был рад, что может помочь людям, и был готов это сделать в любую минуту. И вот я за полгода до окончания школы начала усиленно подтягивать биологию и химию, чтобы поступить в медицинский институт. Принципиальных проблем с какими-то предметами или недопониманием чего-то у меня не было. В институт я поступила с самым высоким баллом, училась в самой сильной группе… Вот так моя жизнь резко перевернулась. Перелом переломил ее.

— Перелом случился на соревнованиях по карате?

— Да. Ну, понятно, что не на улице кто-то напал и сломал что-то… Я очень люблю людей, поэтому никакого дискомфорта от профессии нет. Сейчас работаю в основном со спортсменами — это молодые веселые ребята. Но до того работала в больнице управделами президента, и там контингент составляли люди за 60 лет с достаточно большим перечнем хронических заболеваний. Им я тоже была рада помогать. И сейчас, если ко мне приходит пожилой человек, я рада, наверное, еще сильнее, чем спортсменам. Потому что могу помочь ему, а возможно, даже спасти жизнь.

— Рисунки, эскизы времен дизайнерского детства остались?

— Да, остались у родителей. Это у меня дома лежит пара журналов полистать, а фото все в электронном виде. Но недавно была в гостях у родителей, посмотрела старые фото, дипломы, рисунки… Прослезилась от ностальгии.

— Какие предметы в школе были любимыми?

— Русский язык и историю никогда не любила. Хотя, считаю, русский знаю на отлично, а вот по истории помню, может быть, 10 принципиальных дат. Биологию же любила всегда, а вот химию не очень. Но и ее знала настолько, насколько хорошо преподавали.

От мужчины жду поступков, а не разговоров

— Желания сменить род деятельности, уйти в другую профессию не возникало?

— Никогда не возникало. Безумно люблю свою работу. Порой у нас бывает по несколько команд в день на обследовании, тогда я приезжаю в 7 утра, а уезжаю при закрытии клиники часов в 9 вечера. Дома сплю 4-5 часов, а потом еду обратно. Но меня это безумно радует, потому что я понимаю, что живу, занимаюсь любимым делом. Другую работу, где я сидела бы, условно, менеджером в кресле и что-то печатала, я не представляю.

— Так зачем приезжать домой, если можно переночевать на работе?

— Несколько раз оставалась на ночевку в клинике. У нас там есть диванчики, душ… Иногда пару часов перед работой бегаю в Лужниках. Так что, если хотите встретить меня — добро пожаловать часов в 6 утра летом в Лужники.

— У вас очень активный образ жизни. Как предпочитаете отдыхать?

— Отдых у меня бывает и активный, и лежачий. В будни у меня страшный недосып, поэтому иногда хочется просто лежать и ничего не делать. Но люблю и активный отдых, когда есть мышечная усталость, но зато отдыхает голова. Когда есть время, читаю, но по большей части книги по медицине. Образование важнее, чем какой-то художественный интерес.

— А молодой человек у вас есть?

— Нет.

— В таком случае каким должен быть человек, с которым вы хотели бы иметь близкие отношения?

— Это должен быть человек моего уровня: интеллектуального, материального, духовного. Часто люди спрашивают, смогла ли бы я быть с дворником. А потом начинается: да вот, женщины все ради денег… Но не деньги главное. Я в свои 26 лет достигла определенного уровня: стала заведующей отделением клиники, у меня есть своя квартира, машина. И всего этого я добилась сама. Почему мужчина не может сделать того же самого? В общем, речь о дворнике точно не идет. Подытоживая: это должен быть мужчина примерно моего достатка, моего ума, со схожим характером. И, конечно, я жду от него поступков, а не пустых разговоров, чтобы с ним мне жилось лучше, чем без него.

— В прошлом году у самого пожалуй, известного спортивного врача-женщины Эвы Карнейро случился конфликт с Жозе Моуринью. Следили за ним?

— Интересовалась. Но это получилось случайно. Когда в очередной раз прислали какую-то статью обо мне, там заголовок был что-то вроде «Виктория Гамеева скоро заменит Эву Карнейро в «Челси». Начала интересоваться, кто она такая. Почитала о том, как она попала в «Челси», как начала работать с футболистами. Как доктор она мне показалась очень компетентной, ну и женщина к тому же красивая. Смотрела ее статистику излеченных травм, узнавала, где и с кем она работала. В общем, изучила биографию и восхищаюсь ее работой.

— Вы поработать в клубе хотели бы?

— В «Челси»?

— Не обязательно.

— Вопрос сложный и серьезный. Сейчас у меня большой поток пациентов, и работаю я с кардиальной патологией — ведь прежде всего я кардиолог, причем с большим опытом. В команде кардиологическая патология встречается редко, так что как врач-кардиолог я бы там не совершенствовалась. Поэтому, отвечая на ваш вопрос – скорее нет, чем да. Даже несмотря на то, что и зарплата была бы выше, и график работы удобнее, и узнаваемость больше.

— Напоследок — пожелание нашим читателям. Что нужно делать, чтобы быть здоровыми и жить долго?

— Нужно проходить периодически медобследование. Как я уже говорила, кардиальная патология бывает скрытой. Если спортсмены проходят медосмотры раз в полгода, то людям, не занимающимся профессиональным спортом, достаточно делать это раз в год. И тогда все будет хорошо.

Артем Калинин. Р-Спорт

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий