Главная / Новости о спорте / «Ну что, Ману, увидимся в Токио?» Луис Скола – о золотом поколении аргентинского баскетбола

«Ну что, Ману, увидимся в Токио?» Луис Скола – о золотом поколении аргентинского баскетбола

сборная Аргентины Луис Скола Ману Джинобили

Честно говоря, я рад, что Ману проведет в НБА еще один сезон.

Наконец-то люди перестанут спрашивать меня о его планах.

Думаю, было бы справедливо назвать Ману величайшим из аргентинских баскетболистов. Но вот что интересно: в подростковом возрасте он казался довольно посредственным. Не попадал даже в молодежный состав нашей сборной.

У Ману было несколько серьезных недостатков: отсутствие роста, худоба. Талант разглядели не сразу. Все золотое поколение аргентинского баскетбола, ставшее олимпийскими чемпионами в 2004-м: Оберто, Носьони, Пепе Санчес, Приджиони – все мы начали играть друг с другом в 1996-м, пока Ману считался недостаточно хорошим для основной сборной баскетболистом.

В то время как многие из нас начали карьеру в Европе, Ману остался в Аргентине. Он начал выступать за Андино, а затем был обменян в родную команду Баия-Бланка. Поначалу он играл довольно мало, но затем, когда стал чаще появляться на паркете, его начали замечать скауты. Один из них перевез Ману в клуб из второго итальянского дивизиона под названием Виола Реджио Калабрия.

К моменту, когда Ману попал в сборную, он был уже совсем другим игроком. Все скептическое, рождавшееся на фоне его сомнительного для баскетбола телосложения, отпало.

Он вернулся с уникальным бойцовским духом – вернулся таким, каким вы знаете его теперь.

Но хватит о Ману. Вы еще увидите его в НБА в следующем году.

Чтобы в полной мере понять рестроспективу моей карьеры и оценить усилия, что были вложены в создание той самой сборной Аргентины-2004, надо узнать, как жители нашей страны смотрели на баскетбол в 90-х. Он был для них чем-то вроде средней руки альтернативы футболу. На футбольную сборную давление в нашей стране оказывается колоссальное, с ней связаны высочайшие ожидания. Так, например, когда в 2014-м она проиграла в финале Чемпионата мира, люди восприняли это попросту как конец света.

Понимаете, сборная заняла второе место в мире, но все еще не реализовала свой потенциал в глазах болельщиков.

Уровень же ожиданий от баскетболистов совсем иной. Первым серьезным турниром, в котором довелось поучаствовать нашей команде, была квалификация к Олимпиаде в Сиднее в 2000-м. Мы не смогли ее пройти, но были очень к тому близки. И даже несмотря на провал, дома нас встречали восторженно, приняли очень тепло и со словами: «Ничего себе! Да вы очень далеко зашли!» Вот каковы были ожидания от нашей сборной в родной стране.

Тогда мы думали, что сам отбор на Олимпиаду-2004 – уже достойный результат. Собственно, появление на турнире – все, чего мы хотели. Уже само оно было пределом наших мечтаний. О золотых медалях и речи не шло; сборная США побеждала в каждом олимпийском турнире с 1976-го. Даже несмотря на то, что нам удалось одержать победу над ними на Чемпионате мира в 2002-м, ожидания были скептическими. Все мы понимали, что на Олимпиаду приедет больше звезд, что команда будет намного сильнее. Одним только попаданием на пьедестал мы бы уже сотворили историю.

Но в конечном итоге сборной Аргентины удалось зайти так далеко, как никому и не снилось.

Мы удивили мир.

Мой отец был баскетболистом-любителем. В детстве я был поражен его распорядком дня: с утра он уходил на работу в банке, затем возвращался домой, чтобы повидаться с нами, а после уезжал на тренировку, уже в девять-десять часов вечера. Он ездил по всей стране, где принимал участие в различных турнирах. Особо на этом не зарабатывал, но и играл не ради денег.

Помню, как спросил себя, для чего он это делает. Он любил игру так, что заражал этой любовью всех вокруг. Играл в то, что я называю «настоящим баскетболом» – играл исключительно из любви к игре.

Я везде и всегда ездил за отцом, так что появление у меня увлечения баскетболом было лишь вопросом времени. Мы прикрутили кольцо к нашему гаражу и стали вместе тренировать дриблинг и бросок. Вполне знакомая и обыденная история для США, но в Аргентине 80-х на нас смотрели как на сумасшедших.

Футбол был национальной игрой нашей страны, но и роль баскетбола сильно возросла, и мы с отцом очень этому поспособствовали.

Правда, была у нас тогда одна проблема: в 80-х и 90-х в Аргентине не было кабельного телевидения, так что найти способ посмотреть НБА было непросто.

Приходилось включать изобретательность.

Смотреть игры в прямом эфире не представлялось возможным, так что мы приобретали видеокассеты с записями. Большинство из них было куплено в США и вывозилось в Аргентину на рыночную продажу. Эту систему можно назвать «доступом к американскому ТВ с улиц».

А потом в стране все же появилось кабельное, изменившее нашу жизнь навсегда.

Шел 1992-й год, Чикаго в Финале играло против Портленда Рика Адельмана (забавно, кстати, что позже Рик станет моим первым тренером в НБА). Мы с друзьями были увлечены просмотром: просмотр этот через кабельное ТВ можно назвать началом отношений нашего поколения с баскетболом. Со временем эта игра стала крепкой альтернативой футболу. Играли в нее все еще немногие, но со стороны баскетбол выглядел так же впечатляюще, как и футбол – движение с мячом и без мяча было завораживающе, оно помогало сгенерировать интерес вокруг игры.

Футбол – национальный вид спорта моей страны, и так будет всегда. Ничто не сможет сдвинуть его с лидирующей позиции, баскетбол и рядом не встанет. Зато он уже стал чем-то вроде младшего брата для футбола.

Конечно, Аргентине не достает специализированных спортивных академий, но наш народ помогает развитию профессионального баскетбола несколько по-иному.

Во-первых, в городах играют только в полноценный баскетбол пять-на-пять. В Аргентине не играют 3-на-3, 1-на-1, исключительно 5-на-5 на соответствующей площадке. И игра эта априори ориентирована на командные взаимодействия. Результаты такого подхода заметны на всех уровнях игры, начиная от молодежного и заканчивая профессиональной национальной командой.

Во-вторых, аргентинцы по-настоящему влюблены в игру, они страстны в ее отношении – и это, быть может, даже важнее. И, нет, в контексте этой влюбленности речь идет не о личных достижениях, не о влюбленности в свой персональный результат вроде побед, большого количества набранных очков или признания лучшим баскетболистом матча. Все это весело, преуспевать в спорте весело в принципе, но в профессиональной среде случаются порой тяжелые, отнюдь не такие веселые, но намного более полезные в плане развития, моменты, и аргентинцы влюблены и в них в том числе – они влюблены в процесс становления звездой. А как иначе Месси со своей антропометрией мог стать таким футболистом?

Я, конечно, от нехватки роста не страдаю. Мой отец был довольно высоким, так что высоким вырос и я. На ранних этапах был выше всех своих оппонентов и много через них забивал. Доминировал. Лет в 11-12 получил первый звонок по поводу трудоустройства в полноценную команду. Все произошло очень быстро: сначала я стал игроком молодежной команды, тут же – представителем программы развития молодежного баскетбола в стране, тут же – будущим профессионалом. В то же время я никогда не задавался вопросами финансового аспекта; считал, что деньги в определенный момент обязательно придут. Спрашивал себя скорее о том, как далеко могу зайти, смогу ли попасть в НБА или буду играть в Европе?

Свой первый контракт локальной величины я подписал в 15.

Позже примкнул к молодежной сборной Аргентины и отправился вместе с ней на турнир в Эквадор. За ходом того турнира следили три европейских скаута. Сидели на трибунах, делали заметки. Как-то раз, после игры, ко мне подошел один из них и представился скаутом Басконии, команды из высшего испанского дивизионе.

«Мы бы хотели предложить тебе контракт с командой».

Что ж, я подписал его. Переехал в Испанию.

В 17 лет.

Конечно, сейчас все это кажется сумасшествием. Но ведь сейчас я пишу данный текст в качестве профессионального баскетболиста с 22-летним стажем. Игра неслабо так потаскала меня по миру. В НБА я пережил множество достойных моментов, но выше всех моих успехов, безусловно, стоит олимпийский триумф сборной Аргентины в 2004-м.

Надо заметить, что на международном уровне для представителей большинства сборных игра против США является чем-то вроде мерила успешности, мерила своего уровня игры. И я относился к этому большинству. В 1999-м мы играли против американцев в квалификационном раунде олимпийского турнира в Пуэрто-Рико. Помню, как чувствовал себя уничтоженным. Всерьез задумался о том, стоит ли мне после такого продолжать играть в баскетбол. 

Знаю, звучит несерьезно, но все действительно было настолько плохо. В 1999-м мы не были готовы оказать США серьезное сопротивление. Тогда я защищался против Вина Бэйкера. Он действительно имел определенные физические преимущества передо мной, и уже первым проходом Вин сбил меня с ног. Я оказался на паркете. Один из самых крупных игроков в составе, я капитулировал перед ним.

«Хмм, – подумал я. – А этот парень, кажется, посильнее меня будет». 

В одном из следующих владений он решил бросить три. Я решил, что не попадет. Он полностью переигрывал меня под кольцом, так откуда же у него еще и дальнему броску взяться? Тем не менее, он подал мне пищу для размышлений.

Он попал.

«Вот и все! — сказал я сам себе. – Не выходит у меня соревноваться с этими парнями». 

Но наша команда была попросту стальной. Мы знали, что с каждым разом будем играть все лучше и лучше, оказывать все большее и большее сопротивление. К тому моменту многие из нас успели поиграть друг с другом, так что каждый знал свою роль, что в свою очередь никак не мешало, а только способствовало проявлению нашего таланта.

История противостояний с США изменилась в 2000-х. Мы прошли отбор на Олимпиаду в Афинах. Нас ждала возможность взять реванш. Команда прекрасно понимала, что исторически сборная Соединенных Штатов была сильнее, что выручить нас способна лишь усердная работа. И в 2002-м мы обыграли американцев на Чемпионате мира в Индианаполисе – впервые обыграли сборную США с баскетболистами из НБА в своем составе.

Именно тогда мы и поняли, что готовы играть против любой команды на планете.

Больше никакого значения не имел тот факт, что в 2004-м состав сборной США включал в себя таких звезд, как Аллен Айверсон, Тим Данкан и Амаре Стаудемайр.

Мы знали, что США не проигрывали на Олимпиаде с профессиональными баскетболистами в составе. Знали, с кем предстоит сразиться.

Но в то же время все мы играли вместе уже на протяжении десятилетия. Все мы: Ману, Андрес Носьони, Карлос Дельфино, Фабрисио Оберто, Пепе Санчес, Вальтер Херрманн и другие.

К 2004-ому году мы стали опытнее и сильнее. Мы не просто понимали, что можем обыграть США. Клянусь, как бы забавно это ни звучало сейчас, спустя столько лет, мы знали, что обыграем их.

Мы вышли на новый уровень самоуверенности.

Навсегда запомню, каково было выходить тогда на площадку. Навсегда запомню ту атмосферу, что царила в раздевалке.

Ощущения – совсем другие. Ожидалось, что выиграют американцы, но мы-то знали, что выиграем сами. Никто из нас не сомневался в итоговом результате.

Весь этот матч, полуфинальный матч олимпийского баскетбольного турнира, был не таким, какими были наши предыдущие матчи против США. Матчи, перед которыми мы чувствовали возможность выступить достойно, но все же на подсознательном уровне понимали, что это нереально. До этого мы лицезрели столько игр, где соперник вроде бы оказывал достойное сопротивление американской команде, но проваливался в концовках. Даже тогда, в Индианаполисе, мы не верили в победу до самого конца.

Когда от Носьони или Ману требовалось попасть важный бросок, они попадали. Ману тот матч закончил с 29 очками. Мы отлично двигали мяч. Уделили особое внимание работе над теми аспектами, в которых противники США допускали ошибки. Вели на протяжении всей игры и не утратили свой настрой даже в конце, когда соперник прибавил с целью выйти вперед.

Но, надо признать, после той игры думать еще и о финале было тяжело. Как-никак мы одержали победу над практически неудержимой командой. И представить себе не могли, что ради золота нужно сделать что-то еще.

Хотя, вы уже, наверное, поняли, чем все это в конце концов закончилось.

Со страстью аргентинцев всегда приходится считаться. Спросите Месси. Спросите Ману.

Кстати, Ману, увидимся в 2020-м в Токио? Ты, может, к тому моменту совсем состаришься, но что-то подсказывает мне, что публику удивишь. Не впервой ведь.

Луис Скола 

Навигация по материалам блога 

Кое-что еще об Олимпиаде: 

 

Фото: Courtesy of Luis Scola; Andrew T. Malana/USA Today Sports; Sam Maller/The Players’ Tribune; Todd Warchaw/Getty Images; Michael Conroy/AP Images.

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий