Главная / Новости о спорте / «Я его боялся». Как Тони Надаль делал из Рафы чемпиона

«Я его боялся». Как Тони Надаль делал из Рафы чемпиона

«Я его боялся». Как Тони Надаль делал из Рафы чемпиона

Дядя Тони уходит из команды Рафы, и это конец целой эпохи.

Начало

Тони Надаль родился 27 февраля 1961 года на Мальорке в большой традиционной испанской семье. У него есть старший брат Себастьян (отец Рафы), еще два младших брата (один из них бывший футболист Мигель Анхель Надаль) и младшая сестра. Семейство Надалей всегда было очень спортивным, так что Тони занимался футболом, плаванием и настольным теннисом (и даже стал чемпионом Балеарских островов по юниорам).

Большим теннисом он увлекся довольно поздно, когда в 1972 году побывал на турнире в Барселоне и увидел, как играет Илие Настасе, сразу ставший его кумиром. С 1974 года Тони начал заниматься теннисом в местном манакорском клубе. Несмотря на позднее начало, в свое время он входил в тридцатку лучших теннисистов Испании.

Надаль не стал полноценным профессиональным теннисистом, потому что параллельно обучался в университете Барселоны – там он изучал юриспруденцию (по желанию отца) и историю (по собственному интересу). Но юристом Тони не стал – к учебе особого рвения у него не было, и он сам считал, что это не для него.  

В итоге он прошел тренерские курсы и вернулся в родной теннисный клуб в качестве тренера. Там он занимался с детскими группами. В одну из них и пришел его юный племянник Рафаэль.

Воспитание

Рафаэль (дядя Тони называет его только так: не «Рафа», а исключительно «Рафаэль») впервые попробовал играть в теннис, когда ему было три года, но серьезнее занялся им чуть позже, потому что сперва ему больше нравился футбол. До 13 лет он занимался с дядей только в группе, и он сам признается, что с самого начала работать с дядей индивидуально ему было бы слишком страшно и тяжело.

В своем подходе к воспитанию игрока Тони Надаль чем-то походит на Ричарда Уильямса, который в своей работе тоже смешивает теннисные уроки с жизненными. Но если папа Уильямс с самого начала внушал своим дочерям, что они самые лучшие (и этим мотивировал их на работу), то дядя Тони своей жесткостью показывал, что звание лучшего, как и все остальное, надо выгрызать в боях.

Он тренировал племянника на плохих кортах, давал ему плохие мячи, чтобы научить, что качество игры не зависит от экипировки и всего внешнего. Успех куется внутри – ты должен побеждать любой ракеткой, любым мячом, на любом корте. Кроме того, так он учил, что поражение – это часть игры, но ответственность всегда лежит только на тебе, а не на струнах, судьях или покрытии.

Лучше всего отношение Тони к племяннику описано в автобиографии Рафаэля, выпущенной в 2012 году. Как написал один из теннисных журналистов, ей вполне подошло бы название «Мои приключения с моим безумным дядей».

«Тони с самого начала жестко ко мне относился – жестче, чем к другим детям. Он много от меня требовал, постоянно давил. Он ругался, кричал, и я его боялся – особенно, когда другие ребята не приходили, и мы оставались вдвоем. Когда я приезжал на тренировку и понимал, что мы с ним будем вдвоем, мне становилось очень тревожно.

Мой друг Мигель Анхель Мунар иногда вспоминает, как Тони, увидев, что я отвлекся, со всей силы пулял в меня мячом – но не чтобы в меня попасть, а чтобы меня напугать и так привлечь мое внимание.

После тренировки мячи собирать приходилось тоже мне, и я же разметал корты, когда мы заканчивали. Те, кто считал, что я буду его любимчиком, ошибались. Наоборот. Мигель Анхель говорит, что ко мне Тони относился предвзято – он понимал, что может делать со мной то, что не пройдет с другими ребятами, потому что я его племянник.

Мама вспоминает, что в детстве я иногда приходил с тренировок в слезах. Она пыталась узнать, в чем дело, но я предпочитал молчать. Однажды я признался ей, что Тони постоянно называет меня «маменькиным сынком». Ей было очень обидно, но я умолял ее ничего не говорить Тони, потому что от этого было бы только хуже».

Может показаться, что это начало трагического рассказа о тяжелом детстве. И очень часто бывает, что такой жесткий подход создает не чемпиона, а совершенно сломленного человека (поэтому суровые тренеры-отцы – один из самых нелюбимых типажей в теннисе). Но в случае с дядей Тони и Рафаэлем такой подход оказался идеальным. Тони удалось воспитать в племяннике чемпионский дух – которого, кстати, по словам Рафы, нет в его пессимистичном дяде.

И Рафа прямым текстом говорит, что без Тони он бы не стал тем, кем в итоге стал.

Контроль

Свою игру дядя Тони описывает так: «Я очень мало ошибался и был хорошо физически подготовлен. Но у меня не было сильного удара. Мне не хватало агрессии. У меня был правильный бэкхенд, но не очень хороший форхенд». Не будет большой натяжкой, если мы скажем, что воспитывая племянника, он привил ему все хорошее, что было в его игре, но еще больше работал над тем, что в ней было плохо.

Считается, что Тони специально заставлял Рафу играть с форхенда левой рукой, чтобы будущим соперникам было тяжелее. Сам дядя называет это мифом. По его словам, до десяти лет Надаль с обеих сторон играл двумя руками, и он не верил, что его племянник станет первым топ-игроком с двуручным форхендом. Поэтому он решил одну руку убрать – и Рафа стал левшой, потому что левая рука у него была сильнее. Но никак не с прицелом на то, чтобы создавать проблемы противникам в будущем.

Но эта байка прекрасно иллюстрирует то, какими отношения дяди и племянника кажутся со стороны. Считается, что у Тони был долгосрочный план, и чтобы его воплотить он полностью подавил племянника и стал диктатором. Возможно, все не так драматично, но тяга к тотальному контролю у дяди явно наблюдается.

Например, до девяти лет он успешно внушал маленькому Рафе, что у него есть магические способности, что он может вызывать дождь и заставить Ивана Лендла сняться с матча (на самом деле, они просто смотрели повтор, но Рафаэль этого не знал). Кроме того, он убедил племянника, что был звездой футбольного «Милана» и пять раз выиграл Тур де Франс (правда, на мопеде). Вполне очевидно, что таким образом он поднимал свой авторитет. А с авторитетом растет и контроль.

Кроме того, когда теннис начал приносить Рафе неплохие деньги, дядя отказался получать от него гонорар, потому что это изменило бы динамику их отношений. Во-первых, у дяди Тони появлялась бы финансовая мотивация, а не исключительно эмоциональная. Но самое главное, что он бы становился подчиненным, а не Рафа.

И нельзя не отметить, что, комментируя решение со следующего года отойти от дел, дядя Тони то ли в шутку, то ли серьезно сказал, что с каждым годом он все меньше контролирует судьбу племянника, и скоро он вообще уже ничего не будет решать, так что пришло время уйти. Даже если это шутка, все мы знаем клише про соотношение шутливого и правдивого.

Единение

Тони и Рафа работают вместе уже больше 25 лет, и этот срок вкупе с глубиной их отношений приводит к тому, что представить их друг без друга очень трудно. Непоследнюю роль в этом играет то, что комментируя игру Рафаэля, Тони регулярно употребляет местоимение «мы», а не «он».

Так что вполне можно сказать, что по окончании этого сезона, когда Тони Надаль перестанет быть главным тренером Рафаэля, в теннисе закончится целая эпоха.

Фото: Gettyimages.ru/Dan Istitene, Michael Dodge, Julian Finney, Clive Mason

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий