Главная / Новости о спорте / Гигантское интервью с продюсером фильма «Гол» о Бекхэме, Зидане, «Реале», «Ньюкасле» и Сантьяго Муньесе

Гигантское интервью с продюсером фильма «Гол» о Бекхэме, Зидане, «Реале», «Ньюкасле» и Сантьяго Муньесе

adidas Зинедин Зидан Ливерпуль Дэвид Бекхэм Рауль Йозеф Блаттер Ньюкасл ФИФА Вандерлей Лушембурго Реал Мадрид

Специально для сайта These Football Times Виталий Суворов поговорил с голливудским продюсером Майком Джеффрисом о самом кассовом футбольном фильме в истории. Полная версия на русском языке – только на Sports.ru.

Осенью 2005 года в кинотеатры прилетел первый большой художественный фильм о европейском футболе – «Гол», в котором сыграли Алан Ширер, Дэвид Бекхэм, Зинедин Зидан и Рауль. Сказочную историю о мексиканском эмигранте Сантьяго Муньесе, который взорвал АПЛ вместе с «Ньюкаслом», почти сразу уничтожили критики (на сайте Rotten Tomatoes у ленты всего 44% положительных рецензий), но это не помешало «Голу» стать культовым фильмом среди болельщиков.

Еще через год британский продюсер Майк Джеффрис и подразделение компании Уолта Диснея Touchstone Pictures выкатили второй «Гол» – в нем Санти размазывал соперников в составе «Реала» с Гути, Касильясом, Роберто Карлосом и прочими суперзвездами – а затем и третий, худший фильм серии, о чемпионате мира в Германии. Через одиннадцать лет после премьеры первого «Гола» Виталий Суворов позвонил Джеффрису в Лос-Анджелес, чтобы выслушать тонну историй о том, как создавали самый дорогой фильм о футболе в истории.

Эврика, Ferrari, Оливер Стоун

– Как у вас вообще появилась идея снять фильм о футболе?

– В 1999-м я переехал из Англии в Лос-Анджелес и несколько лет занимался всякой чепухой. До этого я очень долго был бизнесменом, ну знаете, носил все эти костюмы, рубашки, галстуки и все такое. Так что когда я продал свою медиа-компанию Daily Mail и оказался в ЭлЭй, я решил наверстать упущенное. Посмотреть, что происходит в городе по ночам. Я полностью изменил стиль жизни: постоянно бродил по каким-то ночным клубам и барам, проводил время с девушками и так далее. К счастью, работать мне тогда было не нужно.

Затем, в какой-то момент, у меня произошел разговор с американской актрисой и певицей Бриттани Мерфи. Мы ужинали с друзьями, и она такая: «А чем ты вообще сейчас занимаешься?» «Да ничем». «Ну хорош, все занимаются чем-то». А я ей: «Неа! Я просто тусуюсь, ребята. Но вообще-то да, становится уже скучно. Пора бы мне что-то найти». Поскольку я не хотел снова становиться бизнесменом, Бриттани неожиданно предложила мне стать кинопродюсером. «Что? Какие еще нахрен продюсеры? Издеваешься? Я обычный парень из Ливерпуля, что я вообще знаю о кино?» Ну то есть, я всегда любил фильмы, но это была просто сумасшедшая идея.

В общем, сидим мы за столом и все вдруг начинают объяснять мне, чем вообще занимаются продюсеры. Вот только никто так и не может сказать ничего конкретного. И тут Бриттани говорит: «Ты – бизнесмен. Продюсер – это примерно то же самое, только в киноиндустрии. У них появляются идеи, или они их покупают, затем раздувают все это, продумывают способы монетизации, нанимают людей и все такое. Короче говоря, все равно что строить компанию». И я такой: «О! Кажется, я понял!»

На следующий день я запрыгиваю в свою предельно показушную Ferrari 360 и еду в книжный магазин Barnes & Nobles. Паркую машину, вхожу в магазин и вдруг ловлю на себе взгляд очень-очень сексапильной молодой кассирши, которая, очевидно, видела мою Ferrari, выполнявшую функцию виртуального увеличителя члена. Тут же подхожу к кассирше и спрашиваю: «Где тут у вас можно найти книги о том, как стать кинопродюсером?» Она сразу: «О! А ты продюсер?» Я такой: «Эмм, нет. Поэтому-то и спрашиваю, где можно найти книгу о том, как им стать». «То есть, ты собираешься стать продюсером в будущем, да?»

В общем, следующим утром я проснулся с кассиршей и ее подружкой и сразу подумал: «Твою ж мать! Когда я занимался медиа, со мной ничего подобного не происходило!» Короче говоря, идея стать продюсером понравилась мне еще больше. Я прочитал все книги, и как только я на полном серьезе решил проникнуть в киноиндустрию и начал знакомиться с людьми, я довольно быстро понял, что все сценарии, которые прилетают ко мне на стол, уже отклонили более умные люди, которые понимали, чем они занимаются. Все большие и даже маленькие студии получали сценарии раньше меня.

– И тогда вы решили написать собственный сценарий?

– На самом деле я очень долго раздумывал, что мне делать. Я всегда писал, так как начинал карьеру, как бизнес-журналист и именно так построил компанию. Так что да, я экспериментировал и пытался написать что-то сам. А затем я отправился в Дортмунд на финал Кубка УЕФА, в котором «Ливерпуль» играл с «Алавесом». Я болею за «Ливерпуль», так что по ходу того матча раза четыре был близок к тому, чтобы свалиться с сердечным приступом. После игры люди у стадиона продавали просто ужасные, невообразимо безвкусные красные футболки со всеми кубками, которые мы выиграли в том году. Я купил одну из них и полетел обратно в отель «Дю Кап» на Антибы, где делал вид, что «пытался лучше узнать киноиндустрию».

Шла вторая неделя фестиваля в Каннах, поэтому у бассейна в моем отеле каждый день собиралась довольно специфичная публика. И вот я вылезаю из своего номера, чтобы поплавать в бассейне, все еще пьяный после вчерашнего матча, в этой идиотской красной футболке. Чтобы вы понимали, все вокруг были в каких-то кремовых и бежевых нарядах. И вот я иду и вдруг слышу, как кто-то хлопает. Потом еще кто-то. Потом еще кто-то. Не успеваю я понять, что происходит, как абсолютно все начинают аплодировать. И, естественно, аплодируют они не мне, а «Ливерпулю». Вот тогда-то я и подумал: «Эврика!» Над моей головой буквально загорелась лампочка. «Еб твою мать, ну конечно же! Фильм о футболе! Вот оно! Этого ведь никто никогда не делал!»

– Что произошло, когда вы вернулись с этой идеей в Лос-Анджелес?

– Благодаря общим знакомым я вышел на Оливера Стоуна и начал активно капать ему на мозги, расспрашивая о том, как он снимал «Каждое воскресенье». Его главный совет звучал так: «Майк. Что бы ты там ни планировал, делай все это в сотрудничестве с футбольным миром». Больше всего Оливер жалел о том, что ему не удалось наладить контакт с НФЛ. Он довольно самоуверенно решил, что они во всем будут ему помогать, а в итоге он снимал «Каждое воскресенье» по сути вопреки НФЛ. Ему ведь даже пришлось выдумывать несуществующие команды! «Майами Дольфинс» превратились в «Майами Шаркс», «Даллас Ковбойс» – в «Даллас Найтс». «Это последнее, что тебе нужно», – сказал Оливер. – «Иди к людям из мира футбола и продавай эту идею, как хорошую возможность для них. Но всегда оставайся скромным».

В результате, я поступил именно так и просил дать мне доступ ко всему в обмен на рекламу всех брендов, клубов и FIFA, которые получат шанс воздействовать на аудиторию растущих рынков вроде Северной Америки и Азии. Это был лучший совет, который я когда-либо получал. Я начал доставать контакты людей из Nike, Adidas, FIFA и разных команд. Тогда-то все и завертелось. Нам удалось заключить сделки с брендами, которые знают во всем мире.

– Почему никто в Голливуде не пытался снять большой фильм о футболе до вас?

– Ну, это из серии «А почему раньше воду не продавали в бутылках?» Сейчас вот Amazon и Netflix делают документальные сериалы о «Ювентусе» и «Манчестер Сити», а сериалы такого типа обычно получаются фантастическими. Но знаете, снять художественный, драматический фильм о футболе – это гораздо более сложная задача. Современные болельщики невероятно избалованы. Когда я был маленьким, нам показывали две трансляции в год. Одной был финал Кубка Англии, второй – матч Англии с Шотландией. Ну и чемпионаты мира. И все. Сейчас мы получаем столько футбола и столько драмы каждые выходные, что придумать что-то круче этого очень, очень сложно. Ну то есть, я уверен, что если мы с вами сейчас засядем на пару часов и переберем в голове десять лучших моментов в футболе за последние двенадцать месяцев, то у нас в руках будет роскошный список.  И соперничать с чем-то подобным – это настоящий вызов.

Помню, как недавно смотрел фильм о матче Борга и Макинроя в финале 1980, когда Борг победил Джона и взял пятый титул. Это был отличный фильм, очень качественный, и все же когда ты пытаешься проникнуться всей этой драмой по ходу фильма, она не производит на тебя такое же впечатление, какое произвела бы сама игра. И я знаю, о чем говорю, так как смотрел тот матч в прямом эфире и отлично помню свои эмоции. А вообще, я тут недавно обошел все студии на предмет съемки нового фильма о футбола. И должен вам сказать, особого ажиотажа эта идея не вызывала. Даже 20th Century Fox и Universal, дочерние компании которых инвестировали серьезные суммы в футбольные трансляции, этим не заинтересовались. А ведь они мы могли бы делать перекрестную рекламу и все такое. Речь идет о миллиардах долларах. Но они все равно такие: «Неа».

Что забавно, сейчас я работаю над адаптацией книги Red or Dead о Билле Шенкли. Вот прямо сейчас пишу сценарий. Это заняло довольно много времени, но надеюсь закончить все это дело на следующих выходных. История эта не столько о том, чем Шенкли занимался в «Ливерпуле», сколько о том, как изменилась его жизнь, когда он перестал быть тренером клуба. Это типичная история для спортивного фильма, только все наоборот. Обычно герой проходит путь в стиле «из грязи в князи», а тут в жизни Билла внезапно случился абсолютный шок. Ему нужно было заново найти смысл жизни, заново найти место в сообществе. Да и просто прийти в себя после сильнейшего потрясения, ведь он перестал быть частью клуба, который когда-то построил. Ему было совершенно нечем заняться, каждый день был воскресеньем. Это очень-очень грустная история. Ему было всего шестьдесят лет, он все еще был молодым мужчиной.

Так что да, последние три месяца я работал над этим сценариям и целиком погрузился в 1974-й, 1975-й, 1976-й годы. Надеюсь, в следующем году мы превратим этот сценарий в фильм.

«Реал», Блаттер, Бекхэм

– В какой момент стало ясно, что вы все-таки будете снимать «Гол»?

– Я долбился в двери Adidas примерно около года – в Портленде, Амстердаме, Херцогенаурахе – поднимаясь все выше и выше по менеджерской лестнице, пытаясь добраться до людей на самом верху. Все говорили мне: «Не, спасибо!» А потом я познакомился с Зеппом Блаттером в Париже. Честное слово, это была словно сцена из «Крестного отца». Меня посадили в номер отеля «Бристоль» и ощущение было такое, как будто ко мне вот-вот войдет какой-нибудь президент. И вот входит Зепп. Все равно что встретить Папу Римского, президента США и Вито Корлеоне в одном лице.

От FIFA мне было нужно одно: чтобы они нас поддержали, чтобы подтолкнули Adidas к работае с нами и подтвердили, что нам не придется платить за всякие логотипы клубов, торговые марки и прочие вещи. Они же, в свою очередь, делали ставку на то, что наш фильм выйдет успешным и поможет им завоевать фанатов в самых разных странах, и кроме того, как следует прорекламировать бренды.

– Каким оказался Блаттер в реальной жизни?

– Конечно, я пережил немало сюрреалистичных моментов. Понятное дело, что сейчас мы уже знаем, как работали все эти люди в FIFA. Мне в какой-то степени повезло – и я говорю эту фразу с ироничной улыбкой на улице – оказаться за кулисами и зависнуть там на несколько лет, по ходу которых мы снимали фильмы. И бог ты мой, пока мы увидели только верхушку айсберга. Вещи, которые я там видел… Я уверен, что в будущем мы услышим еще больше историй. Опять же, это было все равно, что тусоваться с семьей Корлеоне и наблюдать за тем, как они действует. Абсолютный снос крыши. Помню, как ловил себя на мыслях в духе: «Погодите, что они делают? Разве это законно?» Поверьте, я и вообразить такого не мог. И я бы рассказал больше, но когда-нибудь точно напишу об этом книгу. Так что прощу прощения!

– Самая безумная встреча, на которую вас занесло в процессе запуска всего этого киномеханизма?

– У меня был отличный день с Хосе Анхелем Санчесом, который потом стал CEO «Реала», а в тот момент работал в клубе менеджером по маркетингу. Мы заключили сделку об участии «Реала» в «Голе 2», так что Санчес переодически звонил мне, чтобы сказать: «Будь там-то во столько-то». И вот однажды он мне звонит и опять произносит те же слова: «Будь в аэропорту Мадрида в 12 часов дня. Сможешь?» «Смогу».

Запрыгиваю я, значит, в самолет, а на выходе из аэропорта меня уже поджидает водитель «Реала», который отвозит меня в отель. Захожу в номер, сажусь, ничего не происходит. Я такой: «Что это вообще за херня творится?» Затем мне говорят, что я сейчас встречусь с несколькими игроками, чтобы объяснить им идею фильма. Я продолжаю сидеть на месте, и тут вдруг открывается дверь, и ко мне входит Дэвид Бекхэм со своим менеджером Терри Бирном. И Дэвид просто милашка! Я провел с ним что-то около 45 минут, объяснил, что мы планируем делать, и по ходу разговора упомянул первый «Гол», который мы вот-вот должны были снимать.

– Погодите, то есть вы заключили сделку с «Реалом» о съемках «Гола 2» еще до того, как взялись за первый фильм?

– Именно так, да. Так вот, сидим мы с Бекхэмом, и я такой: «Кстати! А не хотел бы ты сняться еще и в первом «Голе»?» «Звучит интересно!» Затем он спросил, с кем еще у меня назначены встречи. А я без понятия! В результате, Дэвид выходит из номера, и тут я слышу снаружи французский акцент. Проходит пара секунд, и передо мной стоит Зинедин Зидан! Я уже просто на взводе. «Боже ты мой, неужели все это происходит со мной?»

Следующие 45 минут проходят примерно так же, я объясняю Зидану суть нашей затеи, а потом опять говорю: «Кстати, а не хотел бы ты сняться в первом фильме?» «Звучит неплохо! Дэвид в деле?» «В деле!»

После этого мне говорят, что я встречусь еще с одним игроком – и этим игроком оказывается Рауль. А он невероятно забавный, только входит и сразу: «Голливуд? Я в деле!»

В результате, совершенно неожиданно у нас нарисовались договоренности с Зиданом, Бекхэмом и Раулем о съемках не только во втором, но и в первом «Голе». Помню, как после всего этого безумия встретился с Хосе Анхелем и спросил его: «Какого ж хрена ты не сказал мне, с кем у меня будут встречи?» А он мне: «Да потому что не хотел, чтобы ты нервничал!»

Хосе прекрасно разбирался в психологии, а также в коммерческой стороне футбола и во всем, что с этим связано. Если бы он заранее сказал мне, что я встречусь с Бексом, Зиданом и Раулем в течение трех часов, я бы просто-напросто обосрался. И кроме того, вы ведь не хотите, чтобы эти ребята вернулись в команду и сказали: «Да этот Джеффрис – полный мудак. Не хотим мы сниматься в этом долбанном фильме». Так что Хосе был абсолютно прав.

И к слову о Рауле, мы с ним пересеклись в ЭлЭй несколько месяцев назад. Он остановился в отеле Беверли Хиллс, а я заглянул туда по делам. И вот в холле я вдруг слышу: «Эй, Майк!» Оборачиваюсь, а там чертов Рауль! Спрашивает, хочу ли я поужинать с ним сегодня. «Конечно!» И знаете, я прямо на минутку вернулся в то время, в тот футбольный мир, в котором мне повезло оказаться, завести кучу друзей и познакомиться с настоящими легендами.

– Каково было снимать ту самую сцену в баре с Зиданом, Бекхэмом и Раулем для первого «Гола»?

– Дэвид тогда был в Лондоне, а Рауль и Зидан – в Испании, так что нам пришлось снять самолет, чтобы привезти их в Англию. При этом, они в итоге приехали раньше Дэвида, который застрял в пробке. Само собой, Рауль и Зидан понятия не имели, как устроен весь процесс, поэтому решили, что мы их сейчас быстренько снимем и отпустим. Мы же забронировали их на весь день, чтобы вечером самолет увез их обратно в Испанию.

Так вот, Дэвид по-прежнему стоит в пробке, и я вижу, что Рауль и Зидан начинают потихоньку раздражаться. Не в примадонна-стиле, но все равно. А потом, наконец, появляется Бекс, и все становится еще хуже. Довольно быстро мы понимаем, что у Дэвида на руках была старая версия сценария, который он заучивал все это время. Мы придумали для него небольшой диалог с Куно Беккером, который играл Сантьяго Муньеса. Вот только в новой версии сценария диалог уже был совершенно другим, и все моментально начали паниковать – особенно сам Бекхэм и его менеджеры. В результате, я взял Бекса и режиссера за руку, отвел их в какую-то комнатушку и сказал: «Дэвид, спокойно. Забудь о сценарии. Куно просто задаст тебе пару вопросов. Каково это – играть в «Реале»? Каково это – делать то-то и то-то? Мы просто сделаем небольшое интервью. Будь собой. Забудь, что это кино».

После этого я отправился к Куно и объяснил ситуацию ему: «Просто задавай ему вопросы, и все будет в порядке. Скажи ему, что твоя бабушка его обожает!» К счастью, все сразу успокоились, и сцена вышла отличной. Проблема была только в том, что все эта история привела к очередной задержке, и Зидан с Раулем уже просто засыпали от скуки в гримерке. «Да что ж такое! Давайте уже быстрее!» А нам, разумеется, нужно было снять сцену с Бекхэмом сначала с одного ракурса, потом с другого, и все такое. Это же фильм, на такие съемки уходят часы! В какой-то момент я даже слышал, как Зидан с Раулем начали обсуждать, как бы им поскорее вернуться в Мадрид.

Сейчас я, конечно, смеюсь, но тогда мне было особо не до смеха. Когда ты работаешь с кем-то реальным, с кем-то настоящим, такие ситуации просто неизбежны. Постоянно случается что-то, что ты не можешь контролировать. Так что у нас было полно моментов, когда на площадке царил абсолютный хаос.

– Например?

– Ну, скажем, когда мы снимали «Гол 2» с «Реалом», у них была чудовищная безвыигрышная серия. И, естественно, пресса целыми днями уничтожала клуб за то, что они позволили киношникам отвлекать игроков от дела и все такое. Не помню, сколько именно матчей они тогда проиграли, но это была приличная серия А потом еще и Роналдиньо оформил хет-трик в Класико. Для нас это был просто гребанный кошмар, потому что то Класико имело огромное значения для нашего сюжета. Нам хватило бы всего одного гола «Реала», чтобы потом Сантьяго Муньес и Гэвин Харрис забили еще парочку в фильме. Нам просто нужно было снять, как болельщики празднуют гол. Но нет! Вместо этого, «Реал» просто унижали на наших глазах, а мы переглядывались и думали: «Черт возьми, что ж нам теперь делать с этим большим, вонючим куском собачьего дерьма?»

В конце концов, мы перевернули все с ног на голову и поставили кадры с Класико в начало фильма. «Смотрите, «Реал» – в полном дерьме, и им срочно нужен герой, который всех спасет. И, конечно же, этот герой – Сантьяго Муньес, который стал частью сделки по трансферу Майкла Оуэна из «Реала» в «Ньюкасл». Иначе говоря, выкрутились мы неплохо.

Правда, потом была еще игра с «Арсеналом» в плей-офф Лиги чемпионов. Нам снова нужен был всего лишь один гол «Реала», но они, мать твою, проиграли 0:1! В результате, матч с «Арсеналом» мы поставили в конец фильма, вот только вставили туда кадры с болельщиками из игры с «Валенсией», в которой «Реал» забил. Помню, на монтаже нам тогда даже пришлось менять баннеры Ла Лиги на баннеры Лиги чемпионов! Вот что происходит, когда вы работаете с настоящей командой по ходу сезона.

«Ливерпуль», «Ньюкасл», Adidas

– В первом «Голе» Сантьяго Муньес играл за «Ньюкасл». Почему вы выбрали именно этот клуб?

– Что ж, в моих руках был пистолет. И я доставал из кармана пули. И я в буквальном смысле готов был застрелиться, как вдруг мой телефон зазвонил, и я услышал голос владельца «Ньюкасла» Фредди Шеперда. Подождите, я все объясню.

Первым клубом, к которому я пришел с идеей «Гола», был «Ливерпуль». Я болею за «Ливерпуль» всю жизнь. Когда я был маленьким, мы с семьей переехали из Ливерпуля в пригород Йоханнесбурга, так как там жила сестра моего отца и ее муж. Это был очень маленький городок. Никакого электричества, кошмарные дороги. Короче говоря, настоящая Африка. Мой отец был очень жестоким мужчиной, который постоянно издевался надо мной, над моей мамой и сестрой. Но зато у меня был дядюшка Шэйн, совершенно чудесный ирландец, который обожал «Ливерпуль». И, конечно же, с моим отцом он не ладил.

Когда мне было семь лет или что-то около того, я заметил, что все парни в школе выбирали себе команды. Так что я вернулся домой и спросил у отца: «Как люди решают, за какую команду им болеть?» «Это легко, – ответил он. – Как правило, ты болеешь за команду из родного города». «О, – сказал я. – Значит, я буду болеть за «Ливерпуль». «Можно, но вообще в Ливерпуле две команды». В этот момент он положил на стол два стикера – синий, который символизировал «Эвертон», и красный. Я спросил: «А какой из них твой?» И он коснулся синего. Тогда-то я и выбрал красный.

Как я уже сказал, мой отец был очень жесток. Настоящий ублюдок. Так что с моей стороны это была форма протеста. И, конечно, мой дядюшка Шэйн, который построил целую святыню «Ливерпуля» в своем доме – с футболками, флагами и всем остальным – сразу же подарил все это мне. Просто, чтобы выбесить моего отца.

Когда я вернулся в Англию, мне очень повезло, ведь «Ливерпуль» находился в шаге от того, чтобы вступить в эру абсолютного доминирования. Я тогда жил в северном Лондоне, но постоянно катался автостопом на «Энфилд», а затем, когда подрос, ездил в Ливерпуль на своей машине. Помню, как однажды меня осенило. Шел 1984 год, мы только что выиграли чемпионат и завоевали четвертый европейский кубок. И я подумал: «Черт, не может же так продолжаться вечно! Надо бы мне успеть насладиться всем этим по полной». Что ж, я был прав.

– Так что же произошло, когда вы пришли с идеей «Гола» к «Ливерпулю»?

– Я встретился с директором клуба Риком Перри, все ему объяснил, но у него это не вызвало ни капли интереса. Мое сердце было абсолютно разбито. Так как Манчестер находится недалеко от Ливерпуля, на следующий день я отправился на встречу с «Юнайтед», который был запасным вариантом. И не прошло и пары минут, как они закричали: «Вау! Это просто супер! Давайте снимать! Тут даже думать ни о чем!» Понимаете, они схватили все буквально за пару секунд. Я даже презентацию в PowerPoint с собой притащил, а они такие: «Да выключи ты эту штуку! Мы все поняли! Как нам это устроить?» 

После всего этого я вернулся в Лос-Анджелес, чтобы провести еще один день с представителями «Манчестер Юнайтед» в Беверли Хиллз. Очаровательные люди, которые прекрасно знали свое дело. Мы даже отправили в «Колизей», где тренировалась основа «МЮ» перед матчем с мексиканской командой «Америкас». Я подошел к Фергюсону, увидел Гиггза и всех остальных. И с одной стороны, снять фильм с таким брендом, как «Юнайтед», было бы очень здорово. Но с другой стороны, с каждой секундой внутри меня, скаузера, реально что-то умирало.

Помню, как возвращался домой в конце того дня, за который большинство фанатов «Юнайтед» отдали бы одно из своих яичек. А я сидел в машине и думал: «Я ведь никогда не смогу вернуться в Ливерпуль после такого!» 

И вот в этот самый момент я слышу, как звонит мой телефон. «Добрый день, – говорят мне. – Это Фредди Шеперд из «Ньюкасла». Насколько мы понимаем, вы сейчас общались с «Манчестер Юнайтед». Мы же считаем, что было бы лучше, если бы вы сняли в своем фильме «Ньюкасл». Готовы ли вы поговорить об этом?» «Готов, – ответил я. – Вот только как мне узнать, что вы тот, за кого вы себя выдаете?» «Что ж. – сказали мне. – Я сейчас в Лас-Вегасе, мой партнер Дуглас Холл тоже здесь. Если мы прилетим сегодня в Лос-Анджелес и встретимся с вами в… хм, ну скажем, в том отеле, где останавливалась Джулия Робертс в «Красотке», вы сможете убедиться, что я действительно Фредди Шеперд». И я такой: «Заметано! Буду там в восемь часов!»

Все еще не будучи уверенным на сто процентов, я все же завел машину и отправился в отель Беверли Уилшир. Думаю, вы можете представить себе, какая публика там собирается. Но как только я туда вошел, все стало ясно. За баром сидели два парня, которых просто невозможно было спутать ни с кем другим. У них на лицах был написано, что они из Ньюкасла! Чудесные, большие, краснощекие ребята! Я моментально почувствовал такой прилив любви и счастью в своем сердце, что сразу же побежал их обнимать. «Боже ты мой, вы и правда настоящие!»

– Как быстро вы заключили сделку?

– Мы просидели в баре отеля всю ночь, выпивали до самого утра. Затем решили продолжить разговор на следующий день, но они не хотели попасть в газеты, так что избегали публичных мест. Поэтому я пригласил их к себе домой, а сам поехал в «Колизей» смотреть матч «Юнайтед». В результате, мы провели с ребятами из «Ньюкасла» где-то четыре дня и обо всем договорились. Наша сделка была хороша еще и тем, что они пообещали мне уговорить Adidas. Так что теперь меня у был «Ньюкасл» и Блаттер, и мы вот-вот должны были договориться с Adidas.

– Правда ли, что контракт «Гола» с Adidas остается самой крупной подобной сделкой в истории?

– Да, самый крупный контракт между фильмом и брэндом. До нас, если ничего не путаю, самой дорогой была сделка «Кока-колы» с «Матрицей». «Кока-кола» тогда специально для фильма создала зеленый напиток вроде Powerade, и продюсеры «Матрицы» получили за это четыре миллиона долларов. А я, когда впервые пришел к Nike, услышал от них знаете какое предложение? Бесплатные кроссовки! Я не шучу! Прихожу на встречу, а они мне: «Окей, мы дадим вам кроссовки». Матерь божья.

А штука была в том, что у меня ведь не было никакого опыта. Я понятия не имел, о каких деньгах может идти речь. Я просто прикинул, что мы собираемся снимать три фильма, и все это обойдется нам примерно в 50 миллионов долларов. Ну я и подумал: а давайте-ка мы и попросим у Adidas полтинник! У меня вообще не было никакого страха, потому что я ничего не знал об этой индустрии. Я провел небольшое расследование и выяснил, что Adidas и Nike тогда тратили около двух миллионов долларов на одну рекламу. А потом еще два миллиона доллара на ее трансляцию. Может, даже больше.

Поэтому я видел это так: «Мы снимаем три долбанных фильма. Каждый идет полтора часа. Мы покажем «Ньюкасл» в первом, другой адидасовский клуб – «Реал», «Милан» или «Марсель» – во втором, и потом начнем думать о третьем». А вся эта система работает так, что фильмы обычно монетизируются в течение пятнадцати лет. В итоге, когда Сантьяго Муньес играет в футбол, на нем – три полоски. Когда он не играет футбол, он носит одежду casual-линии Adidas. И даже когда он в чертовом душе, мы можем вытатуировать три полоски у него на заднице. 

Когда вы снимаете фильм, в котором показываете «Реал» и «Ньюкасл», вы можете себе такое позволить. Даже больше, вы обязаны именно так и поступить. Это абсолютно оправданно. Поэтому мой питч Adidas был таким: «Это отличная возможность для вас усилить ваше присутствие в футболе». Переговоры заняли несколько месяцев, но мы все-таки заключили контракт, согласно которому Adidas предоставил нам 50 миллионов долларов на съемки. Учитывая, сколько выгоды и сколько рекламы они получили, думаю, это было лучшие 50 миллионов, которые они когда-либо тратили.

Канны, порно, миллионы

– Итак, у вас был Adidas, «Ньюкасл», «Реал» и FIFA. Теперь нужно было найти режиссера и актеров, верно?

– Да, мы наняли режиссера Майкла Уинтерботтома, который пригласил актера Диего Луну и начал заниматься фильмом. Мы ездили на гостевые матчи «Ньюкасла» в Испанию, Францию, снимали какие-то отдельные кадры, не требующие сценария, и так далее. Параллельно Майкл и сценаристы, собственно, писали сценарий, потому что им захотелось все переделать. Хуже всего было то, что они наотрез отказывались показывать его мне. Вместо этого они наняли человек двести в Ньюкасле и потратили что-то около 3 миллионов фунтов. Когда до настоящего старта съемок оставалась всего неделя, сценария у меня по-прежнему не было.

А я тогда еще поехал на фестиваль в Канны, где Уинтерботтом показывал другой свой фильм, «9 песен». Я включил его в девять утра и что я увидел? Актеры на экране занимались реальным сексом! Это была порнуха чистой воды. И одного из этих актеров Майкл уже успел пригласить в «Гол»! Канны, само собой, просто охренели от всего этого, потому что никто не предупреждал их, что они увидят самую настоящую «художественную» порнушку. Я сейчас не шучу! Актеры действительно занимались реальным сексом, там были сцены, в котором девушка сосала член, парень лизал киску, и даже проникновение было. Просто загуглите это, вы сразу поймете, о чем я.

Майкл Уинтерботтом (в центре) с актерами фильма «9 песен»

– Я уже гуглю!

– Ну так вот, смотрю я, значит, на все это с белым лицом и думаю только о том, что Майкл так и не показал мне новый сценарий «Гола», а съемки у нас уже через неделю. И все мне начинают писать и звонить, все в полном шоке, что Майкл притащил в Канны порнуху. В какой-то момент историю подхватывают AP, Reuters и остальные новостные агентства, и начинается пожар впермешку с говноцунами, просто день в аду! А я сижу в своем номере, напиваюсь и слушаю, как мой телефон разрывается от звонков.

И ведь звонят топ-люди! Из «Ньюкасла», из Adidas, из FIFA, из «Реала», из «Кока-колы». И все такие: «Что это за херня???» А я думаю: «Вашу ж мать, это не моя вина!» Но вы только представьте, мы же общались с «Диснеем» о дистрибуции фильма в США! А в результате сценария у меня нет, 3 миллиона фунтов мы уже потратили, а наш режиссер снял порнуху и показал ее всем Каннам.

Короче говоря, я назначаю встречу Майклу и его агенту Джону Лешеру и говорю им: «Парни, если у меня не будет сценария в пятницу – а съемки у нас начинаются в понедельник – то вы все уволены. Игры закончились». А Майкл такой: «Да не сделаешь ты этого». Потому что кто вообще так поступает? Это же самоубийство. Но я сижу и думаю: «Это ведь не ты весь день сидел и слушал, как люди орут тебе в трубку, что ты хренов идиот».

В общем, через два дня мы снова собираемся с Майклом и Джоном в «Ковенг Гардене» в Лондоне – а Джон, кстати, сейчас очень успешный продюсер, который выиграл «Оскар» за «Бердмэна» – и у меня есть два варианта. Либо я делаю фильм, который хочет сделать Майкл, остаюсь без сценария, и мы тратим на все это, скажем, 40 миллионов долларов. И если на выходе мы получаем дерьмо – а я напомню, Майкл только что снял ПОРНО – то FIFA, Adidas и «Ньюкасл», естественно, будут винить в этом меня. Либо же я могу все отменить, пойти к Adidas и сказать: «Да, мы потратили три миллиона. Но зато мы сохранили 27 миллионов, ведь бюджет на фильм был 30. И если мы будем снимать его сейчас, его вообще никто не запомнит».

Ну и вот, сижу я с Майклом и Джоном в пятницу и снова прошу показать мне сценарий. И, конечно же, Майкл отвечает мне, что он до сих пор не готов. «Ну, прекрасно… Ты уволен!» И я все отменяю. Распускаю все двести человек, всю съемочную группу.

– Боже!

– Тем временем, люди в киноиндустрии наблюдают за всем этим и говорят мне: «Да ты понятия не имеешь, что сделал! Ты уже никогда не снимешь этот фильм!» В общем, полный ужас. Все актеры, которых я распустил, говорили вещи в духе: «Ты никогда больше не получишь работы в этом городе». В результате я продал свой дом в ЭлЭй и переехал в легендарный отель «Шато Мармон». И вел я себя там настолько отвратно, что мне запретили входить в него до конца жизни. Я не шучу.

К тому моменту ненавидели меня уже буквально все. Но я собрался и пошел искать нового режиссера, параллельно уговаривая Adidas не отзывать деньги. В конце концов, я все-таки нашел режиссера, фаната «Арсенала» Дэвида Кэннона, который в тот момент снимал «CSI.: Место преступления».  Мы собрали новую команду и, наконец, приступили к работе над фильмом. Мне удалось убедить всех в том, что я поступил правильно, так что все бренды и клубы остались с нами. Но боже мой, какое же это было сумасшедшее время! С того момента, как я всех распустил и до того момента, когда мы начали съемки, прошло наверное года два.

Касильяс, Лушембурго, Louis Vuitton

– В 2005-м вся съемочная группа «Гола 2» отправилась в предсезонное турне с «Реалом». Как это было?

– Они тогда играли в Китае и Японии, и мы зарегистрировали Алессандро Ниволу, который исполнил роль Гэвина Харриса, как одного из футболистов «Реала«. А про Алессандро нужно знать следующее: помимо того, что он отличный парень и отличный актер, он еще и раздражающе хорошо играет в футбол.

Так что мы попросили Флорентино Переса, Хосе Анхеля Санчеса и Вандерлея Лушембурго, который тогда тренировал «Реал», позволить Алессандро находиться с командой в течение всего турне. «Только при одном условии, – ответили нам. – Он должен отнестись к этому максимально серьезно. Он не сможет покинуть команду ни на секунду». В результате, Алессандро жил в отелях на одном этаже со всеми игроками «Реала», делил с ними номера, обедал, носил костюмы, тренировался каждый день и все такое. Он полностью погрузился в этот мир и по сути стал новым футболистом «Реала» на следующие две недели. Никогда не видел, чтобы человек улыбался так долго.

Помню, как в Японии мы с операторами стояли в аэропорту и ждали, когда игроки выйдут из самолета, чтобы затем включить эту сцену в фильм. Вокруг нас – тысячи японских школьниц, которые дождаться не могут своих кумиров. И вот, прям как в кино, дверь самолета открывается и случается этот волшебный момент: первым выходит Перес, за ним следуют несколько директоров, а потом бум – и появляется Роналдо, затем Роберто Карлос, затем Фигу, а затем Гэвин Харрис! И сразу же Зидан, Касильяс и все остальные. И это все – не постановка, а реальность. Просто фантастика! Школьницы сходят с ума, а я смотрю на Алессандро, и он просто физически не может перестать улыбаться! Невероятный момент. Невероятный.

Забавно, что через пару дней после начала турне игроки «Реала» действительно забыли, что Алессандро – не настоящий футболист. Помню, несколько раз он даже участвовал в разминках перед матчами, пинал мяч на глазах у всего стадиона, а затем отправлялся на скамейку и смотрел игры оттуда.

– Самый напряженный момент по ходу того турне?

– Помню, как-то раз попросил «Реал» одолжить мне пару игроков, так как нам нужно было снять, как они ходят на магазинам с Алессандро. Обычная короткая сцена. На это Лушембурго сказал: «Хорошо, но у тебя всего час. Если они не будут здесь через шестьдесят минут, больше никогда со мной даже не разговаривай».

В итоге нам выделили Гути и Касильяса и мы отправились в Гинзу, самый дорогой район города, где сосредоточены все бутики. Сняли, как Алессандро идет по улице вместе с Гути и Икером, быстренько все сделали и, так как на улице уже собралась толпа, пошли в магазин Louis Vuitton, чтобы игроки выбрали себе по одной вещи в качестве вознаграждения за то, что потратили на нас время.

И знаете что? Конечно же, эти пижоны оказались умны и взяли себе по самому дорогому чемодану во всем магазине, что-то около 30 тысяч долларов. А потом мы выходим на улицу, прыгаем в машину и все – люди вокруг просто сходят с ума, как будто здесь только что высадились «Битлз». А я смотрю на часы и понимаю, что, кажется, мне пора серьезно поволноваться за свои яйца! В итоге, в отель мы вернулись буквально за тридцать секунд до дедлайна.

– Как Лушембурго вообще относился к тому, что вы постоянно мотались за командой?

– Был один смешной момент. Уже в конце турне, когда «Реал» отыграл все матчи, мы возвращались в отель, и я сидел рядом с Лушембурго. Он, само собой, был довольно расслаблен и в какой-то момент посмотрел на меня и сказал: «А знаешь, ты не такой уж и противный!» «Что ж, – отвечаю. – Спасибо!» И тут он такой: «Было даже интересно! Может, однажды мы снова пересечемся». И я вдруг понимаю, что «Реал» вообще не поставил его в известность, что мы будем снимать их не две недели в Японии и Китае, а три месяца! Они просто ничего ему не сказали!

Конечно, задним умом я понимаю, что они поступили по-умному. Они разбирались в психологии. Они давали информацию порциями. Скажут какую-то маленькую часть, затем еще одну, затем еще. О каких-то вещах ему просто не нужно было знать.

Скорсезе, сахар, сумо

– Куча людей считает, что в «Голе» было чересчур много клише – ну, знаете, вроде бесконечных победных голов Сантьяго на последних минутах и всего такого. Жалеете ли вы, что пошли в этом направлении?

– Вы имеете виду, что в фильмах было слишком много сладости? Слишком много сахара? Что ж, а я скажу, что это, мать твою, было супер! Я возьму весь сахар, все сладости. Принесите мне пирожные, торты и все на свете. Это гребанный спортивный фильм! Вы включаете его и не ждете, что вам сейчас покажут что-нибудь из Ларса Фон Триера или Кристофера Нолана. Вы покупаете попкорн и идете на фильм о футболе. И знаете что? Главный герой забьет гол на последний минуте! Вот так вот. Конечно, это не фильм на «Оскар», но я все равно им горжусь.

Смотрите, у Мартина Скорсезе есть фильм «Бешеный бык». В нем меньше сахара, меньше клише, больше искусства. Но ведь этот фильм снимал чертов Скорсезе! И знаете что? Чертов Скорсезе не работал над «Голом»! Это все равно что тренировать «Ковентри Сити» и постоянно сравнивать себя с «Манчестер Сити». Ты можешь делать только то, на что способен. Бог знает, что за фильм вышел бы у Майкла Уинтерботтома. Думаю, сахара бы там не было. И счастливого конца тоже. Скорее всего, герой откинулся бы, прям лежа на кровати.

– Вам по-прежнему приходят письма от фанатов «Гола»?

– Даже больше. Например, как-то раз я отправился в Японию, чтобы собрать информацию для фильма о борцах сумо. Прилетел туда и начал думать, как бы мне увидеть, что происходит за кулисами боев. Безусловным номером один в сумо тогда был парень из Монголии по имени Асасерю Акинори. Лучший борец сумо на планете, может быть, даже лучший в истории. И вот, значит, сижу я в Токио и рассказываю друзьям, что собираюсь ехать в Нагою, чтобы добиться встречи с Асасерю. А они мне: «Да ты прикалываешься! Ты даже до охранников не доберешься. И уж точно не встретишься ни с кем из борцов, потому что они терпеть не могут Запад».

Ну ладно. Само собой, я все равно собрался и поехал в Нагою. Уже в городе увидел небольшой магазинчик, в котором шили одежду для сумоистов, зашел в него и познакомился с портным. Рассказал ему свои планы, а он такой: «Не беспокойся, все устроим!» Быстрая перемотка вперед: я стою на арене, а вокруг меня, прости господи, кучка сумо-группиз. Крупные девчонки, от которых фетишисты были бы в полном восторге. А потом рядом с нами появляется тот самый портной. Все с ним здороваются, он всех знает, его все знают, и он просто берет меня за руку и отводит за кулисы, где сидят сумоисты и мажут свои волосы воском, делают хвостики и все такое. И вот он подводит меня прямо к Асасерю, чемпиону миру, который сидит там реально как Христос в мире сумо.

У меня с собой был DVD «Гола» с японским дубляжом, который я купил чуть раньше в Сибуе, и в какой-то момент я заметил, что Асасерю – а он, боже ты мой, просто гигантский, сотни килограмм – смотрит прям на это DVD в моей руке. Проходит еще пара секунд, и он такой: «Ооооооооо! Хрмх! Сантьяго Муньес! Хрмх!» Видели бы, как он смотрел на этот диск! Как будто это самая красивая женщина в мире, которую он вот-вот трахнет! «Сантьяго, хрмх! Моя история!» Тут он вырывает диск из моей руки, обнимает меня и чуть ли не сажает меня на коленки – просто гигант! «Я – из Монголии в Японию! Сантьяго – из Лос-Анджелеса в Ньюкасл! Хрмх! Братья! Обожаю этот фильм!» Дошло даже до того, что он заставил меня дать ему автограф! Я, никто, дал автограф Асасерю, лучшему сумоисту всех времен!

А знаете, что было потом? Они запустили в комнату прессу! CNN, агентства, все подряд. А я сижу рядом с Асасерю и этим диском, и все моя друзья, которые вчера говорили, что я даже охрану не пройду, видят меня в телевизоре! И даже когда я уже уезжал со стадиона, Асасерю все еще держал в руках этот DVD.

Так что да, возвращаясь к вашему вопросу, это сахарный, добрый, диснеевский фильм о футболе. Но пока со мной происходят такие истории и я встречаю людей, которых наш фильм действительно вдохновил на какой-то поступок, я готов съесть весь этот сахар. В любой момент.

Сантьяго

– Наконец, возможно, самый важный вопрос: насколько хорошо Куно Беккер играет в футбол?

– Что ж, проблема, с которой мы столкнулись…

– Ради всего святого, скажите, что он вообще не умеет играть.

– Не буду это комментировать, хаха. А вообще… давайте предположим, что Брэд Питт снимается в фильме про Александра Великого. Никто ведь не ожидает, что Брэд будет лучше всех в мире скакать на лошадях и управляться с мячом, не правда ли? Это ж, мать его, Голливуд!

Конечно, Брэд может тренироваться целым дням, но, в конце концов, в дело все равно вмешается магия Голливуда. Куно – актер, а не футболист, скажу так. Но надо сказать, что сегодня технологии находятся на таком сумасшедшем уровне, что вы можете привести актера в студию с зеленым фоном и снимать его пару часов. А потом привести туда же Криштиану Роналду, сделать все то же самое, после чего поехать на матч «Реала» и снять, как Криштиану играет на настоящем стадионе. И все! После этого вы загружаете все это в компьютеры и просто меняете лицо Роналду на лицу Сантьяго Муньеса. Поверьте мне, вы вообще не заметите никакого подвоха. Вот настолько вперед ушли технологии.

В 2005-м и 2006-м, когда мы снимали «Гол», все было гораздо сложнее. Мы приезжали на стадион каждую ночь и работали, работали, работали. Бекхэм бесконечно бегал по флангу и раз за разом навешивал в штрафную, надеясь, что на другом конце с мячом встретится голова Куно или Алессандро. И так сотни раз, а у них все никак не получалось попасть по мячу. Дэвид же, благослови его Господь, продолжал навешивать в одну и ту же точку.

Сейчас вам не пришлось бы так заморачиваться. Снимать футбольные фильмы стало гораздо проще. И знаете что? Пожалуй, я сделаю это снова.

УСТАНОВИТЕ ЛУЧШЕЕ ПРИЛОЖЕНИЕ О СПОРТЕ ДЛЯ iPHONE и ANDROID

Фото: из личного архива Майка Джеффриса; Gettyimages.ru/Carlos Alvarez

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий