Главная / FOREX / А был ли мальчик?

А был ли мальчик?

Последнее время «информационные взрывы», несмотря на их кажущуюся спонтанность, похожи на сознательное раздувание конфликтов в обществе.

В германском Бундестаге российские школьники из Нового Уренгоя выступили с речами, посвященными теме примирения народов, переживших вторую мировую войну. Текст десятиклассника Николая Десятниченко оказался не очень удачным. Гимназист, говоря о погибших немецких солдатах и о том, что «многие хотели жить мирно и не желали воевать», назвал их «невинно погибшими». Исходя из контекста, можно понять, что школьник имел в виду «ни за что погибших», насильно мобилизованных.

Но когда видеозапись выступления Десятниченко распространилась в России, поднялась информационная волна, в которой юного россиянина стали обвинять в оправдании захватчиков. Его «прокатили» по телевизору, уже подключились лидеры фракций и депутаты Госдумы. Пришлось вмешаться Кремлю. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков призвал прекратить травлю подростка. Вскоре с аналогичным заявлением выступила министр образования Ольга Васильева.

Эксперты в комментариях «Росбалту» сошлись на том, что такие «информационные взрывы», несмотря на их кажущуюся спонтанность, имеют выгодоприобретателей внутри России, а ситуация постоянной информационной войны стала естественной для общества.

Роман Романов, социолог, политолог:

«Россия живет в состоянии постоянного ожидания срежиссированных политических действий, но иногда банан — это просто банан, а выступление мальчика — это просто выступление мальчика. Вся эта история, думаю, случайно оказалась в публичной повестке. Но не случайна шпиономанская псевдопатриотическая реакция, которую мы видим. Она происходит в рамках нашей вечной „схватки двух змей“. С одной стороны, есть „патриотическая змея“, которая провозглашает агрессивные лозунги. С другой стороны, есть „либеральная змея“, которая говорит, что Россия должна перед всем миром каяться и вообще ничего не достойна.

Тема подпитывается вот такими агрессивными низовыми настроениями, которые в нашем обществе достаточно распространены. И сам тон реакции, который выбран, крайне нездоровый. Выглядит это со стороны как форма коллективной травли, когда группа набрасывается на одного. Это всегда выглядит не очень хорошо, даже если этот один неправ. Мальчик, конечно, неправ, он спорол глупость, и формулировка про невинно убиенных была, очевидно, неудачная. Но могут ли тут быть вообще удачные формулировки? Это большой вопрос.

В этом смысле надо отметить, что мальчик выступил абсолютно в духе советской и вообще типичной для XX века пропаганды за мир. Все мысли, которые он озвучил, не новы. У нас именно на этом выстраивалась в советское время пропаганда: нам говорили, что „немец не равно фашист“, что немцы были, конечно, врагами, но они были подневольные и их нацисты пригнали. И если мы вспомним мировую литературу, Э.М. Ремарка, там тоже звучит мысль в таком же духе, что война — это ужас для всех сторон. Другое дело, что русские люди имеют полное моральное право ни одного немецкого солдата не жалеть. Просто потому, что этим солдатам не надо было бомбить Киев в четыре часа утра и замыкать кольцо блокады вокруг Ленинграда. В этом смысле людей, которые реагируют эмоционально, тоже можно понять, потому что эта тема болезненная и будет такой оставаться еще долго. Но есть разница между просто эмоциональной реакцией и поиском внутренних врагов какими-то проверками, разборками, которые сейчас разворачиваются вокруг истории. Вот этот второй момент — ошибка, от которой никто не выиграет — ни российское общество, ни российское государство.

Надо смотреть на это все с позиции взрослого. Надо меньше экзальтации. Экзальтация не доведет ни до чего хорошего».

Никита Исаев, политик, экономист, бывший замруководителя Госкомитета РФ по делам молодежи:

«Выступления новоуренгойских школьников в Бундестаге — это, на мой взгляд, попытка Москвы выстроить отношения с Берлином в рамках геополитического конфликта, который есть у России с США и Германией. Это такой мостик, через который Кремль тестирует возможные отношения. Но это было сделано несколько коряво и нелепо, вызывав в итоге напряжение в российском обществе. Память о Великой Отечественной войне, думаю, не закончится еще достаточно долгое время. Все-таки ее нам постоянно подпитывали и в советское время, и активно подпитывают последние десять лет. Но думаю, что эти выступления были определенным образом санкционированы — тем более, с учетом недавней встречи Путина и Штайнмайера, где обсуждались в первую очередь не вопросы экономики (потому что президент Германии не влияет на них), а вопросы общественных, культурных и политических взаимоотношений.

Реакция общества — это совершенно естественная вещь. Организаторы этого „вброса“ понимали, что осуждение будет не только в рядах известных ура-патриотов России, которые готовы бесконечно говорить о великодержавности, но и в рядах людей, которые, в общем, достаточно уравновешены. Конечно, война коснулась каждой семьи, и мы несли и продолжаем нести боль и скорбь. Поэтому не удивительно, что обструкции подвергся мальчик, его преподаватели, мэр Нового Уренгоя. Для меня скорее удивительно, что кто-то достаточно быстро выступил в защиту мальчика, даже до заявления Дмитрия Пескова. Это говорит о здоровом обществе в России.

И все же по мальчику „прошлись“ все федеральные каналы в течение понедельника, информация о нем стала доступна десяткам миллионов россиян. И, разумеется, поиграть на этой повестке и на этой риторике было комфортно всем — и обличителям, и защитникам. Даже Владимир Жириновский два раза по-разному отметился. Если в понедельник он требовал судов и расправы над мальчиком, то во вторник он его защищал. Ничего удивительного».

Дмитрий Пучкин, политолог, кандидат исторических наук:

«Сейчас руководство страны рассматривает вопросы о принятии программы вооружения на 19 трлн рублей на ближайшие годы. Неудивительно, что происходит нагнетание атмосферы, на телеканалах продвигается идея о том, что „враг у ворот“. Поэтому тема „неправильного мальчика“ из Нового Уренгоя тоже оказалась в повестке дня, и государственные СМИ активно подключились к раскручиванию этой темы. Но помимо „патриотически настроенных элит“ есть же еще „люди из народа“, которые искренне верят в патриотические взгляды. Они-то и устроили такой „хайп“, что ситуация начала приобретать истеричный характер. Учитывая, что дискуссия возникла на пустом месте, Кремль решил вмешаться и дать отмашку: хватит, молчать.

Представители власти, обслуживающие власть эксперты, всякие депутаты, государственные СМИ сейчас, конечно, замолкнут. Но остальные люди, которые подключились к обсуждению темы, не сразу успокоятся.

Все это нездоровое явление, конечно. Внимание к прошлому должно быть, но пока это у нас лишь „дискуссия“ между „правильной“ и „неправильной“ историей. Многие люди не научились воспринимать историю в разноцветном варианте, а привыкли делить все на черное и белое. Это абсолютно неприемлемо. Такое примитивное отношение к сложным вопросам говорит о нездоровье общества. Когда у России большое количество проблем, современных вызовов, недопустимо устраивать истерию на фоне прошлых событий, произошедших много лет назад… Страшно даже представить, как это воспринимается в других странах, — когда у нас начинают обсуждать подобные темы в экзальтированной манере.

Однако это объяснимо. Когда милитаристская атмосфера тщательно раздувается, она все больше затрагивает сознание россиян, которые, соответственно, чаще возбуждаются по разным поводам. Особенно показательной стала история была вокруг смерти Михаила Задорнова. И такого рода кампании возникают то со стороны либералов, то со стороны патриотов».

Павел Кудюкин, историк, доцент:

«Поскольку все началось с размещения в Интернете „вырезок“ из выступления школьника из Нового Уренгоя, то похоже, что кто-то очень хотел поднять этот шум. Я не пытался отследить, с кого все началось, но шум пошел. Потом был выложен и полный текст выступления.

И в нем действительно есть не слишком удачные формулировки. Например, по поводу „так называемого Сталинградского котла“. Он не „так называемый“, а действительно так назывался. То же самое и по поводу „невинной жертвы“. Немецкий военный в полном смысле невинным не являлся.

Но в целом с общим смыслом того, что людей гнали подневольно, что они далеко не всегда хотели воевать, и с тем, что нам нужно извлечь уроки из прошлого, чтобы в дальнейшем войн не возникало, спорить не о чем. Это очень советская постановка вопроса, которая сохраняется и в современных учебниках: воевали не против немецкого народа, а против нацизма. Воевали, чтобы освободить, в том числе, и немцев, за мир во всем мире. В этом отношении Николай из Нового Уренгоя изложил вполне гуманистическую точку зрения. А вот те, кто на него обрушились… Такое впечатление, что у них война, во-первых, не закончилась, а во-вторых, они хотели бы переиграть ее на совсем на иных принципах, чем она велась.

Почти сразу были „вытащены“ все очень похожие высказывания нашего президента. В этой ситуации Кремлю, Дмитрию Пескову, ничего не оставалось, кроме как попытаться эту волну сбить — потому что наши ультрапатриоты легко могли „перекинуться“ и на президента».

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий